haradok.info

Інфармацыйны партал

Сацыяльныя сеткі:

Навіны Гарадка Грамадства

23.03.2018 07:29

887 праглядаў

0 каментароў

Столетие протестного движения православных верующих в Городокском районе в 1918 году

22 марта 1918 г. в Городке началось "контрреволюционное церковное восстание под руководством священника городокской церкви Заблоцкого, бывших офицеров царской армии Ефремова, Ореховича, Макаревича и д. После подовления выступления аресту подверглись 15 человек, 20 августа 1918 г. они предстали перед Витебским губернским ревтрибуналом.

В январе 1918 г. в России были приняты законодательные акты, коренным образом преобразовавшие статус православной Церкви и резко изменившие уклад приходской жизни. 20 января 1918 г. народный комиссар государственного призрения РСФСР А. Коллонтай подписала приказ о прекращении с 1 марта 1918 г. выдачи средств на содержание церквей, часовен, священнослужителей, законоучителей и на совершение церковных обрядов: церковнослужителям предлагалось искать работу на благо народа через подведомственный ей комиссариат. Совершение церковных служб и треб не возбранялось, но для этого требовалось отдельное ходатайство приходской общины перед уполномоченным органом революционной власти, в котором прихожане должны были принять на себя обязательство содержать приходской причт, нести издержки на ремонт, содержание помещений и инвентаря. 23 января 1918 г. Совет Народных Комиссаров принял декрет об отделении Церкви от государства и школы от Церкви. Этот документ в числе прочего не допускал принудительные (обязательные) сборы и обложения в пользу церковных и религиозных обществ, лишил приходскую общину права владеть собственностью, причем не только храмовыми зданиями и приходскими постройками, но и церковной утварью,— все это становилось «народным достоянием». Для использования приходом церковного имущества требовалось отдельное разрешение местной власти.

Революционное законодательство о религиозной жизни вызвало протестные движения среди православного населения. Люди восприняли происходящее как ограбление храмов, кощунство и борьбу с религией. На примере протестных выступлений жителей Городокского уезда Витебской губернии постараюсь дать оценку происшедших событий.

К 1918 г. на территории Городокского уезда проживало большое число демобилизованных военнослужащих, в том числе офицеров, прошедших через сражения Первой мировой войны, привыкших на фронте к самостоятельным действиям и отвечать силой на силу. 22 марта (по другим данным, 18 марта) 1918 г. в Городке началось «контрреволюционное церковное восстание под руководством священников городокских церквей Заблоцкого и Григоровича, бывших офицеров царской армии Ефремова, Ореховича, Макаревича и др., использовавших как повод восстание против учета церковных ценностей и имущества, производимого уездисполкомом, [при участии] бывших чиновников, церковного актива и массы верующих, с целью свержения местных органов власти». Поскольку подробное исследование этих событий Витебским окружным отделом ГПУ было проведено через 15 лет — в 1933 г.— и строилось исключительно на воспоминаниях очевидцев, то при изложении происходившего встречались неточности. Например, протоиерей Дмитрий Григорович, прослуживший настоятелем Николаевского собора Городка более 40 лет, скончался 18 ноября 1917 г. и принимать участия в восстании не мог. Ошибка была исправлена другими свидетелями, которые передали руководство восстанием также настоятелю городокского собора протоиерею Феодору Борнукову, утверждая при этом, что очаг народного возмущения находился около местной церкви. Самое активное участие в восстании приняли бывшие чиновники дореволюционной почтовой конторы Городка: Д. Соколов, М. Амасович, работник почты П. Я. Никитин, мещанин Н. Шатилло, бывший чиновник Городокского управления воинского начальника Д. Орехович, Н. Ткачев, А. Миклашевский, И. Шостак, А. Шутов и другие лица, связанные с приходом городокской церкви и поддерживавшие доверительные отношения со священником Николаем Заблоцким.

Толпу восставших возглавили бывшие офицеры П. Орехович из деревни Волково, Е. Ефремов, А. Томковид, Л. Миссун, бывший милиционер Капустин. Они повели людей к складам с оружием и захватили их. Н. Шатилло в этот день торговал на базаре Городка и, когда на базарной площади у собора собралось много людей, ударили в набат, пошел вместе с ними к исполкому с требованием вернуть церковные ценности, затем «бегал с винтовкой за председателем РИК’а». На 2-м этаже здания милиции (бывшего городокского казначейства) располагалась уездная ЧК и один из ее сотрудников установил там пулемет, чтобы рассеять восставших. Шатилло подобрался сзади к пулеметчику, сбросил его с лестницы и завладел оружием, а затем призвал не позволять грабить церковь и выступить против евреев. Вооружившись в том числе и пулеметами, восставшие заняли здания Городокского исполкома, тюрьмы, почты, перерезали телеграфные провода, разогнали отряд Красной гвардии, размещавшийся в здании милиции. В Городке производились обыски на квартирах работников советских органов власти, в том числе и у председателя райисполкома Д. П. Воробьева. После начала восстания прапорщик запасного полка принес в управу Городка 2 разобранных пулемета.

От церкви большая группа восставших направилась к железнодорожной станции Городка, поскольку прошел слух, что из Витебска должен прибыть вооруженный отряд для подавления восстания. Бывший офицер И. Макаревич раздал отряду восставших оружие местной милиции и воинской части. Попутно арестовывались и избивались встреченные коммунисты. Мать Макаревича организовывала женщин со Старо-Полоцкой улицы к выступлениям против евреев. П. Никитин разбирал оружие, захваченное в военкомате, а на второй день восстания верхом на лошади разъезжал в качестве разведчика по Городку и близлежащим деревням, наблюдая, не приближаются ли из Витебска или Невеля красноармейские части.

Одновременно с восстанием в Городке произошли выступления в волостях Городокского уезда: Вышедской, Веречской, Горковской, Зайковской, Руднянской, Межанской. В ходе расследования в 1933 г. свидетели событий указывали, что все выступления возглавлялись и частично управлялись «церковниками» при непосредственном участии и поддержке верующих. Конечной их целью было свержение органов революционной власти. В Вышедской волости вдохновителем народных волнений стал агроном П. А. Свидерский, а его единомышленником и помощником церковный староста М. Скоромный. Связующим звеном между выступлениями населения в Городке и Вышедской волости стали П. Свидерский и Д. Орехович, поступивший на работу в Городокский военкомат и поэтому имевший возможность предупреждать восставших о передвижении наступающих красногвардейских отрядов. Впоследствии именно приход Покровской церкви в Вышедках стал для православного населения Городокского района центром духовной жизни вплоть до 1929 г., когда церковь была закрыта. В остальных церквах Городокского района богослужения прекратились гораздо раньше.

После подавления вооруженного восстания большая часть его участников, в первую очередь бывшие городовые, скрылась. Аресту подверглись 15 человек, 20 августа 1918 г. они предстали перед Витебским губернским ревтрибуналом. Главным обвиняемым стал клирик Николаевского собора Городка священник Николай Заблоцкий. Ему вменялись в вину неверная трактовка декрета об отделении Церкви от государства, агитация среди прихожан городокского собора о неподчинении декрету и выступлении против советской власти, отказ прекратить вооруженное выступление. Остальные 14 человек во главе с бывшим поручиком 7-го Финляндского стрелкового полка Ореховичем обвинялись в посягательстве на образ правления в РСФСР и участие в вооруженном восстании, в ходе которого часть обвиняемых разогнала Городокский совет, другие отобрали оружие у милиционеров и красноармейцев, третьи открыли стрельбу из винтовок и пулеметов по зданию, где находились красноармейцы, разграбили цейхгауз, раздали оружие «черносотенным элементам и местной буржуазии», организовали вооруженное противодействие присланному из Витебска отряду красноармейцев. Были расстреляны двое из руководителей восстания: бывший старший городовой Е. Ефремов и бывший милиционер С. Капустин. 25 сентября 1918 г. решением Витебского губернского революционного трибунала протоиерей Николай Заблоцкий также был приговорен к смертной казни, но затем помилован.

Многие участники городокского восстания не подверглись преследованиям и в 1920-х гг. организовали своего рода братство, куда вошли секретарь Городокского горсовета Н. Биньков, участники восстания М. Амосович, Д. Соколов, Н. Шатилло, Л. Миссун, Д. Орехович, а также П. Никитин, который и в 1929 г. открыто состоял членом церковного совета. На квартире Бинькова проходили подпольные собрания церковного актива с целью организации противодействия обновленческому движению и закрытию церквей. В 1930 г. была даже сформирована группа церковных делегатов для поездки в Минск, в ЦИК БССР, чтобы отстоять Николаевский собор в Городке в пользовании православной общины.

А на другом собрании Биньков призывал верующих: «Нужно везде и всюду кричать и постоянно добиваться, чтобы власть позволила взять нам храмы и выбрать попа по нашему усмотрению и, безусловно, староцерковника, а не красного обновленца... Если нам пригласить к себе обновленца, то через недели две церковь будет отдана большевикам. Мы не должны допустить обновленцев... мы сильны, в Городке еще все наши, свои, и мы устоим... Нужно было разослать людей во все деревни, люди собрались бы и никогда не позволили бы антихристам взять собор». Единомышленником Бинькова был Орехович, который даже составил план переустройства городокского собора после его возвращения православной общине. Активная деятельность мирян в 1920–1930-х гг. сохранялась и в приходе Покровской церкви села Вышедки благодаря усилиям переживших события 1918 г. церковного старосты М. Скоромного и агронома П. Свидерского — сторонников Патриаршей Церкви. На одном из приходских собраний в 1931 г. Свидерский охарактеризовал себя так: «Крепко верующий и искренне любящий истинноправославную Церковь». В 1928 г. во время чистки советского аппарата, отвечая на вопрос, как он смотрит на религиозные «забабоны», Свидерский сказал: «Прошу не копаться в моей душе», а в 1933 г. засвидетельствовал: «По своим политическим убеждениям до и после революции ни к какой из партий не принадлежал... Я себя отношу к группе верующих, пел в церкви на клиросе». Вместе с сестрами Свидерский на протяжении ряда лет организовывал кружки церковного пения в Городке и в близлежащих районах.

Восстание в Городокском уезде 1918 г. одновременно проявило силу веры людей и стало тем рубежом, после которого религиозная жизнь населения постепенно стала уходить в подполье. Примером тому служит биография уроженца Городокского уезда, последнего дореволюционного настоятеля Невельского монастыря архимандрита Иоанна (Моисеева). В 1926–1938 гг. он скрывался от преследований советской власти в лесах и удаленных деревнях Городокского района, жители которых его не только не выдавали, но и составили своеобразный приход, дважды совершил побег из-под ареста в Невеле и Витебске.

Для духовного окормления православного населения архимандрит Иоанн в 1933–1935 гг. оборудовал землянки в лесу на территории Езерищенского сельсовета: в одной совершал богослужения, в другой жил, приютив там же своих родственников. Архимандрит Иоанн тайно совершал богослужения на территории Городокского района, крестил детей, освящал воду и т. п. После того как в 1935 г. землянки были разрушены районной милицией и ГПУ, архимандрит Иоанн еще 3 года скрывался на территории Кузьминского сельсовета, уходя на лето в лес. По мере закрытия приходских церквей в 1920–1930-х гг. проведение тайных богослужений на дому стало распространенным явлением в Городокском районе, вызывая при этом справедливое недовольство населения необходимостью скрывать религиозную жизнь и усиливая к ней интерес. В 1927 г. за организацию богослужений на дому был арестован и осужден церковный староста и член благочиннического совета Н. Богданов, живший в деревне Зайково Межанского района Витебского округа. В 1933 г., когда дело о Городокском восстании расследовало ОГПУ, перед судом предстали многие участники событий, избежавшие преследования в 1918 г., пострадали даже родственники участвовавших в восстании офицеров, например, Л. Г. Грибовская (Нарбут), брат которой Г. Нарбут после окончания Витебской духовной семинарии находился на военной службе, имел чин подпоручика, и братья офицеров царской армии Е. И, В. И. и П. И. Томковиды[32], Евгений Юшкевич.

Изучение протестных движений православного населения Городокского уезда в 1918 г. было весьма затруднительным уже в начале 1930-х гг., поэтому вынесенные по этому делу в 1933 г. приговоры к ссылке были относительно мягкими, особенно в сравнении с судебной практикой в соседнем Полоцком округе, где часто применялась высшая мера наказания. Не случайно при изъятии церковных ценностей в 1922 г. уездные исполкомы в Витебской губернии зачастую проводили относительно либеральную, компромиссную политику в отношении православного населения, отступая от мнения партийного центра, так что губисполкому приходилось направлять в уезды вооруженных эмиссаров с исключительными полномочиями для полного изъятия ценностей. Главным результатом выступлений православного населения в Городокском уезде в 1918 г., обошедшихся без жертв со стороны восставших, стало сплочение религиозно настроенных людей в крепкие приходские общины, ставившие себе задачей организацию и устройство церковной жизни при любом правительстве.

Информация журнал «Вестник церковной истории» http://www.sedmitza.ru

1 адзнака 5.0

Апошнія навіны

Каментары наведвальнікаў

Імя: не абавязкова
E-mail: не абавязкова
Каментарый:
  • спіс каментароў пусты