haradok.info

Информационный портал

Социальные сети:

Новости Городка Общество

05.03.2018 17:14

2663 просмотра

2 комментария

Деревня взвыла волком: в Городокском районе серые хищники приучили сельчан к вилам и топорам — пишет «Республіка»

На что только не пойдешь ради любимой работы! Даже отправишься в деревню, где встреча с волком — не редкость. «Всех собак съели. Обгладывают прямо на цепи», — встревожены сельчане отдаленных деревень Городокского района. Одни объясняют небывалую активность зверя отсутствием пищи в лесах. Другие пеняют на российских волков. Для зверя ведь границ не существует. Наши охотники добудут его здесь, а на его место приходят другие. В попытках найти волка корреспондент «Рэспублікі» объехала с десяток деревень Городокщины.


Все оттенки «серого»

Из Минска до Витебска — на поезде. До Городка — на маршрутке. Восемь часов спустя я в райцентре. Небольшая заминка: автобусы ходят дважды в день. Утренние рейсы уже уехали, вечерний ждать — день потерять. Подвезти меня согласился водитель «хлебной» машины, которая развозит свежую выпечку по деревням района.


Охотник с более чем сорокалетним стажем Михаил БАРАНОВ хорошо изучил повадки серого хищника
— О-о-о-о… — затянул водитель, оценочно смерив взглядом мой «прикид». — Не по погоде оделись. У нас тут не лето!

— Самое теплое, что было в шкафу, — оправдываюсь, а про себя думаю: «Ох уж эти мужчины…»

По ступенькам взбираюсь в кабину. Трогаем. Не успеваем далеко отъехать за город, как на дорогу выскакивают три косули. Только дернулась за фотоаппаратом, а их и след простыл.

— Да, живности в ваших лесах полно! — мыслю вслух.

В отличие от меня водитель на неожиданную встречу реагирует спокойно, видимо, не впервой:

— Утром дорогу только расчистят и посыплют, так они (косули) тут как тут. Соль любят. Подъезжаешь — они ать в лес и ушками стригут. Только отъедешь, снова показываются.

Первая остановка на маршруте — городской поселок Езерище. У магазина уже стоят сельчане. Ждут свежий хлеб. Пока водитель выгружается, достаю людей расспросами.

— Ходят там, около фермы за поворотом на Студенку, — показывает рукой направление местный завмаг Ирина Лахина. — Видно, телят чувствуют. И даже в деревне ходят. Люди видели, как волки переходили железную дорогу. Дочка нашей Тани (имеет в виду сотрудницу магазина. — Прим. авт.) ходит на танцы в местный клуб. Таня спать не ложится, пока дочь домой не вернется. Ходит встречать. Боимся за детей. Вы лучше в Гурки поезжайте. В интернете читали, там столько собак заели. У меня мама в Гурках живет. Одна на краю деревни. Говорю, мама никуда не выходи, страшно. «Волчья» проблема в окрестных деревнях существует давно. По воспоминаниям Ирины, лет десять назад волки загрызли ее собаку: «Нашли на болоте на следующий день. Лапки, хвостик и ошейник». Причем дело было вовсе не зимой, вроде по осени. А Ирина до сих пор помнит волчьи следы, четко отпечатавшиеся в грязи у болотца за домом…

Такая ситуация в горпоселке Езерище, который находится на оживленной трассе Гомель—Санкт-Петербург. Чего уж говорить о маленьких деревушках! Едем в те самые Гурки.

Вот где собака зарыта

— Это все, что осталось… — показывает на телефоне фото мертвой соседской собаки сельчанка Наталья Соболева.

Иду к владельцам той самой загрызенной собаки, жуткие снимки которой гуляют по всему интернету. Сельчане объясняют дорогу:

Флажки смотаны в катушки и отсортированы по метражу. Ими офлаживают территорию при охоте на волка.
— Вунь там, за желтым домом, поворот направо, по тропинке через лесок и прямо к дому выйдете.

Хм, по тропинке через лесок? Пожалуй, я пас. Несколько минут стою в нерешительности, будто пловец, собирающийся броситься в ледяную воду. Наконец, достав из сумки перцовый баллончик, мчу по той самой тропинке. Все вокруг вдоль и поперек истоптано следами животных. Волчьих вроде не видно. Хотя какой из меня специалист?

— У нас две собаки было. Одну сразу съели, а вторую через неделю, — встречает меня на крыльце хозяйка дома Наталья Белая.

Первым ночную схватку с волком проиграл Дозор. «Кто так безжалостно расправился с собакой?», — первое, что подумала женщина, когда увидела останки.

— Утром вышли покормить собаку, а будка пустая. Сначала подумали, с цепи сорвался и по деревне бегает. А дня через два муж в полукилометре от дома нашел порванную цепь и клочки шерсти, — хозяйка показывает ошейник, на котором видны следы крови. — Через неделю и вторую собаку съели. Объели прямо на цепи. Ни визга, ни лая — ничего не слышали. А утром пришли знакомые и говорят: «Вашего Дика волки съели». Так и лежал полусъеденный возле будки до утра.

Серые разбойники и не думают отступать, едва ли не каждую ночь терроризируют семью Белых, живущую на окраине деревни. Слыша добычу, шастают возле сарая.

Обхожу дом Белых по кругу. Следов не видно — запорошило снегом. Замечаю у входа в дом вилы. Вопросительно смотрю на Наталью.

— Я через этот лесок, — Наталья кивает в сторону той самой тропинки, по которой я бежала во весь дух, — каждое утро веду Владика (сына) к остановке школьного автобуса. Вот муж вилы и поставил. Говорит: «Отбивайся, если что». Но я их не беру. Фонарик только — и все. На людей ведь пока не нападали. Забегая немного наперед, скажу, Дик и Дозор стали не единственными жертвами хищника. В окрестных селах волки загрызли несколько десятков собак. Уцелевших хозяева запирают в хлевах или забирают в дома.

Неохота на волка

Спустя полчаса я уже бреду по скрипучему снегу деревни Марченки. Сразу настораживает непривычная для села тишина. Обычно едешь по главной улице — у каждой хаты собака тебя облает. А тут тихо…

— Много тут у вас собак съели? — любопытствую у первого встретившегося на дороге сельчанина.

— Міхайлаў, Логінаў… — незнакомец начинает загибать пальцы на руке. — Шасцярых, атрымоўваецца. Гэты год яны (волки) нейкія азлобленыя сталі. Не стала кабана, дык сабак пачалі тырыць.
Михаил БАРАНОВ смастерил для Алдана специальную металлическую дверцу на будке и запирает собаку на ночь внутри

Спрашиваю, как отличить волчий след от собачьего.

— След у ваўка прадаўгаваты, а ў сабакі акруглы, во такі, — для наглядности имитирует ладонью волчий след на снегу.

— В России недалеко от границы построили свинокомплекс. Может, они там шкуры какие выбрасывают или дохлятину. Вот волки тут и крутятся, чуют запахи, — подъезжает к нам на «Ниве» местный охотник с более чем сорокалетним стажем Михаил Баранов. — Почему на волка не хожу? Да потому, что в России за добытого волка тысяч 12—13 дают, а у нас — ничего. А сколько сил уходит на охоту! Это ж надо лицензию получить, территорию офлажить, с погодой подгадать. И не факт, что добудешь. Намотаешь километров сто по лесу, да без толку. Волк ведь за день километров 70 может пробежать…

Спасение рядового Алдана

Михаил Баранов и сам недавно отбил свою собаку у волка. Предлагает поехать к нему, познакомиться со счастливчиком по кличке Алдан. Только подходим к дому — раздается радостный лай по ту сторону забора. Алдан, пританцовывая, ластится к хозяину, преисполненный благодарности за спасение. Алдану повезло: его хозяин не из робкого десятка.

— Алдашка, — одобрительно похлопав пса по спине, Михаил Николаевич начинает рассказ. — Вон из тех кустов пришли (указал глазами в сторону леса. — Авт.). За ошейник тянули вместе с будкой. Представляете, какая у них силища! А было это по осени. Проснулся в полпятого утра от жалобного визга и сразу на улицу. Смотрю, а там клубок по двору катается. Мой Алдаша с волком сцепился. Я как закричу — и к ним. Волк испугался — и скорей в лес.

В той схватке Алдан отделался лишь испугом. Поранить его волки не успели. С тех пор Михаил Николаевич смастерил собаке специальную металлическую дверцу на будке и запирает его на ночь внутри.

Сама виновата

Охотников в округе полно. Как любителей, так и профессионалов. Алексея Блинова из деревни Рудня смело можно отнести ко вторым. Захожу в его охотничий домик и сразу впечатляюсь. Внутри на стенах полно памятных фотографий с трофеями. На одной из них запечатлен самый крупный добытый охотниками волк. Чемпионство, кстати, устанавливается не по длине туловища, как я наивно полагала, а по размерам черепа животного.

Наталья БЕЛАЯ не может без слез смотреть на опустевшие будки Дика и Дозора
— 2011 год, — заметив мой интерес, Алексей Блинов поясняет, когда была сделана фотография.

Проблема с волками, по словам Алексея Борисовича, в Рудне обострилась в последние полгода:

— У самого прошлым летом собаку съели. Кобель старый был, сколько волков перевидал вместе со мной на охоте и все равно не спасся.

Местных собак терроризируют три волка. Два серых ходят парой, и еще заходит старый волк-одиночка. Охотники пытались в этом году их флажить (один из способов охоты на волка с использованием флажков. — Авт.). Но серые ушли по льду через речку. А под весом охотников лед трещит, хищники слышат шум и уходят.

Печурка захлебывается жарким пламенем, на стенах висят чьи-то рога и даже шкура волка — антураж, соответствующий охотничьему домику. Замечаю в углу катушки с красными и оранжевыми флажками, отсортированными по метражу. Те самые, которыми офлаживают территорию.

— Идеальный загон для волка — пять километров. Вообще волк — зверь очень осторожный. Весь интерес охоты состоит в том, чтобы его обмануть. Сегодня приезжают друзья из Минска. Будем охотиться на «вабу», — заметив мой несведущий взгляд, охотник объясняет: — Ваба — это подвывка волков, чтобы определить местопребывание и численность волчьего выводка. Бывает, отзываются, а бывает, приходят молча.

О хитрости волка легенды ходят неспроста. И вот почему. Один местный житель обнес дом металлической сеткой, чтобы защитить собаку от диких собратьев. Пришли волки и стали выманивать суку, якобы для случки. Та сама сделала подкоп под сеткой и вылезла к хищникам, которые вмиг с ней расправились.

На коротком поводке
Смеркалось. Заночевать решаю в деревне Газьба, о которой писала в прошлом году. Шума тогда этот текст наделал немало.

— В этом году полегче стало, — узнает меня местный завмаг Марина Данилова. — Наших собак доели, теперь пошли в другие деревни. Сейчас возле Межи, Ремней, Рудни ходят. В Рудне почти всех собак съели.

«Страшно у нас, не приезжайте», — это было первое, что я услышала прошлой зимой от Марины Даниловой в ответ на мое предложение приехать и написать материал. Тогда в Газьбе и правда было неспокойно. Волки устанавливали тут свои порядки. Кто-то видел, как три хищника гнали по деревне лося. Кто-то провожал внука в школу с факелом — запах гари не нравится хищникам. Кто-то включал музыку в гаджетах громче — ее волки тоже не любят. Кто-то развесил вдоль сарая со скотом красные тряпки, чтобы отпугнуть непрошеных лесных гостей. После шести часов вечера на улицу никто не выходил.

Местных детей на маршруте от школы до дома всегда сопровождает один из педагогов.

— Один волк вокруг деревни ходит, — опершись на забор подле своего дома, Марина Данилова непринужденно беседует со мной. — Иногда слышим, как воют где-то недалеко. Но в самой деревне не показываются. Может, потому, что в этом году мы собак много завели. Штук семь-восемь. Все крупных пород. А волки громкого перелая не любят.

…В прошлом году по утрам Марина фотографировала свежие волчьи следы камерой мобильного телефона. Сегодня, обойдя утром вокруг дома Даниловых, следов не нашли: волки не приходили. Но я отнюдь не притязала на это. Признаться, даже немного рада, что встреча не состоялась.

Остановите! Инне надо выйти
— Утром стою на автобусной остановке в Стодолище, жду автобус. Смотрю, а за остановкой — волки. Рыжеватые такие, глаза светятся. Ну не собаки точно, — добавляет свою историю в копилку страшилок о встречах с волками жительница деревни Стодолище Галина Жукова. — Прихожу на работу, рассказываю одной женщине. А она и говорит, что тоже сегодня волков видела. Утром пошла корову доить, а их там шесть или семь стоят на краю леса, высматривают что-то. Та ведро об землю — и скорей в хату.

Кстати, об остановках. Насколько они вообще безопасны? Вокруг леса трасса и больше ничего. Укрыться негде. А сельским детям приходится каждое утро ждать на них автобус. Подхожу к остановке в деревне Межа. В ожидании школьного автобуса, который развезет их по домам, с ноги на ногу переминаются с два десятка школьников — морозно сегодня.

— Как у вас тут с волками? Есть или это все преувеличение? — зябко запахнув полы пальто, с места в карьер начинаю разговор.

Беседа быстро становится общей.

— У нас собаку сожрали у Прохоренко, — дыша на сложенные ладони, говорит мальчик из деревни Степановичи и зачем-то добавляет: — Живьем (будто мне недостаточно страшно. — Авт.).

— А у нас одну собаку в два часа ночи вытащили и съели. Визг стоял, будто свинью режут. Полтела съели и бросили. Вторую собаку не тронули. Теперь на ночь закрываем ее в сарае, — добавляет каплю в море страха еще один школьник.

— Страшно вам тут жить? — не выдерживаю.

— Да в принципе нет. Волки, насколько я знаю, никогда на человека не нападут, — успокаивает меня школьник Григорий Лесков. — Меня несколько раз волк-одиночка до дома провожал. Увязывается и идет следом от остановки до самого дома. Просто так волк не нападет, даже если очень голодный. Вот если поскользнешься и упадешь, ну или сознание потеряешь…
Напомните мне не терять сознания в этой деревне!

То, что волки часто увязываются следом за одиноким путником, подтверждают и сельские почтальоны, и соцработники: «Метрах в 20—25 держатся, ближе не подходят». У них обход по 6—7 километров, все — по проселочным дорогам… Работа не сахар.

Незаметно за разговорами к остановке подъехал желтый автобус. Пока дети занимают свободные сиденья в салоне, учитель начальных классов ГУ «Межинский детский сад—средняя школа» Любовь Горбачева рассказывает, как организован подвоз детей:

— Утром родители сами приводят детей к остановке. Вечером мы возвращаемся засветло, поэтому не так страшно. Детей на маршруте всегда сопровождает один из педагогов.

Страх потеряли

Хищники почти каждый день напоминают о себе. По словам местных жителей, дикие животные вообще «страх потеряли». По деревням ходят спокойно средь бела дня, никого не боятся. И на глаза попадаются.

— Это было ночью, — показывая на телефоне фото маленького щенка, вспоминает Надежда Кирковец. — Собака просто заскулила. Потом слышу глухой удар. Ну, мысли-то какие? Среди деревни, центральная улица… Ничего плохого не подумала. Только утром поняла, что глухой удар — это звук рвущегося ошейника. Оказалось, дочка калитку не закрыла, и волки спокойно зашли во двор.

— Жуть! — одним словом описал ситуацию старожил деревни Межа Виталий Цевилько. — В этом году нашествие какое-то. Там, за двухэтажками в лесу, мужики ставили капканы. Один волк в них попался. Отгрыз себе лапу и ушел.

На том и расстаемся. Ну, а пока не решится «волчья» проблема, сельчане стараются быть начеку. Особенно в ночное время, когда хищник наиболее активен.
Инна ГОРБАТЕНКО
https://www.sb.by


Последние новости