haradok.info

Информационный портал

Социальные сети:

Новости Городка Общество

13.08.2020 10:15

607 просмотров

0 комментариев

Садизм власти: "Поставили на колени и били руками, ногами, щитами. Я мысленно прощался с семьей".Рассказ задержанного

35-летнего минчанина Дмитрия задержали во время протестов возле станции метро «Пушкинская» вечером 10 августа. Его сильно избили, он попал в больницу. Дмитрий рассказал belsat.eu, что происходило в тот вечер. Внимание, жесткие снимки!

2020.08.12 12:29


На станции метро Пушкинская. Минск, Беларусь. 10 августа 2020 г. Фото: ТК / Belsat.eu / Vot-tak.tv

Дмитрий пришел к станции метро «Пушкинская» примерно в 8 вечера 10 августа. По словам мужчины, в течение трех часов, до 11-ти, подходило все больше и больше людей. А потом приехал ОМОН и взял участников протестов в окружение. Далее приводим полностью рассказ Дмитрия о происходившем:

«Около 11 часов вечером ОМОН начал бросать светошумовые гранаты, стрелять резиновыми пулями. В меня попали четыре пули точно, может, больше. Одна пролетала возле уха, я сейчас плохо слышу на него, вроде как контузия какая-то.

В какой-то момент омоновцы окружили людей, повыходили даже из дворов, некуда было отступать. Тех, кого задержали, и меня в том числе, повалили на землю. Я сначала старался сопротивляться, но это было бессмысленно, так как навалились человек 10-15 и били всем, чем могли. Потом заломили руки, забросили в автозак, в клетку вместе с еще тремя. Автозак был полностью заполнен. С нами был мужчина лет пятидесяти. Ему стало плохо, не хватало воздуха, все стали просить, чтобы его выпустили, дали подышать или чтобы принесли воды. А омоновцы в ответ распылили газовый баллончик в камеру, где сидел этот человек, и ему стало еще хуже. Вместо воды и воздуха эти садисты вот что сделали.

Этим газом мы дышали минут сорок, пока нас привезли на конечный пункт, я даже не могу сказать, куда точно, — какое-то отделение милиции, что ли. Там во дворе всех поставили на колени, связали руки за спиной и начали бить. На меня навалились снова человек десять их. Сейчас на теле нет ничего живого — били по ягодицам, ногам, спине, голове. Так избили, что в какой-то момент мне стало плохо, дышать я до сих пор нормально не могу. Они сами тогда увидели, что натворили, позвали медработников. Они меня и еще таких же сильно избитых посадили на траву, дали обезболивающее. У одного мужчины был нос сломан, у другого — нога. Нас отвезли в больницу, в травматологию. Там обследовали. Я отказался от стационара и поехал домой.

Новости

ОМОНовцы проломили череп 28-летнему минчанину. Его жизнь — под угрозой

2020.08.11 16:52

Пока мне там делали анализы, КТ, я видел, как каждые десять минут кого-то привозили избитого.

Мне поставили диагноз сотрясение мозга — у меня гематома на весь затылок. Говорят, что-то не в порядке с легкими — они не смогли сразу разобраться, но говорят, есть трещины на ребрах и задето легкое. Остальные органы, кажется, в порядке. Ну и многочисленные шишки,синяки и т.д.

Били всем, чем можно, — ногами, дубинками, щитами. Отношение было такое, будто убивали. В какой-то момент мне серьезно показалось, что меня убьют, что семью я уже не увижу, прощался с ними мысленно. У меня язык сейчас не поворачивается назвать их людьми.

Били мужчин, парней, которые стояли у стенки, со связанными руками, которые не могли сопротивляться, не могли ничего сделать. Били просто за то, что человек голову повернул. Это сопровождалось страшной бранью.

Они говорили: вы захотели перемен? Вот вам перемены! Будто вы герои? Кто вы вообще такие, что решили, что можете выходить и чего-то требовать?

Я не знаю, чем это в конце концов закончится. Меня сейчас отпустили, у меня справка из больницы. Что будет дальше — я не знаю. Никакого протокола не составляли. Не удивлюсь, если они придут ко мне и в дверь постучатся. После того, что я увидел, меня вообще уже ничего не удивит. Там нет никакой совести, сожаления, каких-то человеческих черт вообще не осталось. Очень боюсь за жену и маленькую дочку тоже.

Писать жалобы? Считаю, что без смысла. Я много, так скажем, не самых добрых и честных людей повидал за жизнь, но то, с чем столкнулся тем вечером, превосходит любое понимание человеческой жестокости. Поэтому я убежден, что все наши жалобы бессмысленны. Никто их не будет рассматривать.

Минск. Станция метро «Пушкинская». Фото: Вадим Замировский / TUT.BY

Мне небезразлична судьба Беларуси и белорусов. Я выходил и раньше на митинги, например, когда хотели налог на безработицу ввести. Но так много людей, как сейчас, я на улицах Минска не видел. Десятки тысяч. В какой-то момент я чувствовал настоящую гордость за белорусов.

Но эти... Я не знаю, как их назвать, это не милиция уже... Они ломают людей. И я вижу, что надолго не хватит белорусов. У нас сам по себе народ не такой уж боевой, а тут сломают последнюю волю к борьбе. Что дальше будет? Мне кажется, что ничего хорошего. С такими людьми, которые держатся за эту власть, только силой нужно разговаривать. Они ничего другого не понимают, у них нет больше ничего человеческого. Я убежден —они не поймут нас ни через год, ни за всю свою жизнь. Этим молодчикам-омоновцам — очень сильно промыли мозги, это очевидно. Им скажут убивать — они будут убивать. У меня сейчас в этом нет никаких сомнений. Переговоры с этой властью невозможны.

На станции метро Пушкинская. Минск, Беларусь. 10 августа 2020 г. Фото: ТК / Belsat.eu / Vot-tak.tv

Что делать народу? Не знаю... Если нас сейчас сломают, все эти молодые люди, студенты, которые там стояли, они просто уедут из Беларуси. Я и о себе думаю: есть ли смысл в мои 35 лет дальше терять время в стране, где меня человеком не считают? Я не хочу изменять родине, оставляя ее, но обстоятельства вынуждают к отъезду. Мне дочку растить. Как это возможно в наших условиях? Таких, как я, очень много, кто ждал этих выборов, надеялся. Но нам плюнули в душу, украли надежду, солгали. Я же видел, сколько людей стояло в очередях на участках с белыми лентами, все мое окружение — никто из них не голосовал за действующую власть. Наши голоса украли. Но стоило попробовать. Я бы себе не простил, если бы не вышел«.

Ст. м. Пушкинская, Минск, Беларусь. 10 августа 2020 г. Фото: Александр Васюкович / Vot-tak.tv / Belsat.eu

По данным Минздрава, в ходе протестов более 200 человек получили травмы. Официально за время протестов 1 человек погиб. По версии МВД, в ходе противостояния со спецназом, прибывшим для разблокировки площади, один из протестующих пытался бросить неопределенное взрывное устройство в сторону правоохранителей.

По словам очевидцев, с которыми разговаривал корреспондент «Белсату», мужчина мог быть убит в результате попадания в него светошумовой гранаты.

НА/АА belsat.eu

«Девушке запихивали в рот белый браслет». Родные задержанных собрались у ИВС на Окрестина

12 августа 2020 в 15:35
Елена Зуева / Фото: Вадим Замировский / TUT.BY

Возле ИВС на Окрестина сегодня собрались многочисленные родственники тех, кого не могут дождаться дома с 9 по 12 августа. У входа за ними наблюдает ОМОН, с крыши в бинокли следят за обстановкой силовики в черном. «Вчера меня освободили, но там, возможно, остался мой сын, и я до сих пор не знаю, что с ним. Мне страшно от мысли, если он здесь. С женщинами еще не так жестоко обращались: нас было 36 в четырехместной камере, не били, но когда мы слышали, как избивают ребят, мы плакали навзрыд», — рассказала Елена, которую вчера выпустили со штрафом в 20 базовых величин. За двое суток, которые она провела в ИВС, им не давали пищи и воды. Как люди ищут своих близких на Окрестина и какие, по их словам, там условия содержания — в материале TUT.BY.

«Мужчин избивали, мы плакали, нам было страшно это слышать»

В 10.00 на Окрестина женщины собрались в группу и прокричали хором «десять часов» — те, кто был ранее освобожден, просили сообщать время тем, кто остался в стенах ИВС. Родственники, чьи близкие попали сюда впервые (а такие тут почти все), в недоумении двинулись к окошку для передач, думая, что наконец-таки можно оставить передачу.
Читать полностью: https://news.tut.by/society/696375.html

Елена с дочкой Софьей и девушкой сына тоже ждала вестей под стенами ИВС. Ее только вчера саму освободили со штрафом в 20 базовых величин. А вот что с сыном, она не знает до сих пор. Парень впервые проголосовал и вечером 9 августа вместе с девушкой, мамой Еленой и сестрой Софьей вышел к стеле. Когда на проспекте начали взрываться светошумовые гранаты, семья развернулась домой. В какой-то момент Елена с сыном остались одни, потеряв из виду остальных.

Фото: Елена Зуева

— Я обернулась и увидела, что сына задерживают, бросилась к нему — так мы оказались на полу автозака. Нас часа два возили по городу, потом пересаживали в другой автозак. И если женщин еще волокли мягко, то мужчин перебрасывали очень жестко, били постоянно. Сыну еще при аресте выбили зуб. Матерились и избивали со словами: «Мы вас научим, за кого голосовать. Мы вас научим, кого любить». Когда приехали на Окрестина, мужчин поставили под дождем на колени — так они стояли часа четыре. Мы слышали, как их избивали, и после — крики стояли страшные, мы в камере плакали. Нам было страшно это слышать.

Сначала, говорит Елена, 13 задержанных с нею женщин поместили в четырехместную камеру. Места хватало. Назавтра их перевели уже в шестиместную камеру, разместив там 36 женщин.

Так сегодня выглядит Окрестина

— Ни бумаги туалетной, ни средств гигиены, ни воды — ничего не дали. Сказали вытираться майками. Благо, когда мужчина-надзиратель сменился женщиной, то та была хорошая: отрывала кусочки бумаги и подавала в камеру. Воду, наловчившись, пили из-под крана. Еще было очень душно. В последний день, после суда, условия ухудшились: 52 человека поместили в четырехместную камеру. Там мы могли только стоять. Одна пожилая женщина расплакалась и обратилась к надзирателю со словами: «Давайте, запускайте нам газ». Мужчины тоже в камерах сидели по 40–60 человек.

По словам Елены, многим предлагали подписать какие-то бумаги не читая, с условием, что после подписи сразу отпустят. Женщина признается, что готова была подписать их, но все же дождалась суда. Ей с учетом того, что дома осталось двое несовершеннолетних детей (7 и 15 лет), дали штраф в 20 базовых и отпустили. У кого иждивенцев нет, говорит, тому давали сутки.

«Запихивали в рот белый браслет со словами: «Жри свой браслетик»

Про бумаги, которые можно было подписать без прочтения и выйти на свободу, рассказала нам и Валентина (имя изменено по просьбе героини). Вчера, 11 августа, ее с таким условием и освободили. И она не знает, что подписала.

— Нас с мужем задержали 9 августа. Оба мы работали независимыми наблюдателями на одном из участков в Партизанском районе. Сначала задержали мужа, пока я отлучилась домой покормить собаку, а после, уже у РУВД Партизанского района, — меня. Я пришла туда узнать о судьбе мужа, а меня затолкали в «бусик» и привезли в само РУВД, продержав там до двух ночи. Уже после перевезли сюда, на Окрестина.

По словам Валентины, в камере, рассчитанной на четверых, содержалось 16 женщин.

— В обед, 10 августа, нас начали по одной выводить в коридор и предлагать подписать какой-то протокол не читая. Там было что-то о массовых мероприятиях. Я подписала не глядя, и меня выпустили со всеми вещами. Брат мужа, которого задержали вместе со мной, освободился только вчера, 11 августа, без вещей и документов. Он рассказал, что когда их привезли на Окрестина, то всех положили лицом в землю, избивали. Одному из задержанных, независимому наблюдателю, когда били, приговаривали: «Вот тебе демократия!».

Среди задержанных женщин, говорит Валентина, была также активистка из штаба Светланы Тихановской.

— Активистка отказывалась что-либо говорить и подписывать, ее несколько раз выводили из камеры, и нам казалось, что били. Но она говорила, что не били, а унижали: заставляли расставлять широко ноги, становиться на колени лицом в пол, хватали за волосы. Была еще в камере и гражданка России, которая просила позвонить в посольство, отказывалась раздеваться и выполнять их требования. Ее, рассказывала, пугали тем, что посадят на бутылку... Была еще женщина, бывшая «сиделица», говорила, что просто с подругой вышла за водкой и была задержана. Было много молодых девушек. Одна рассказала, что когда ее задерживали, то запихнули в рот белый браслет, душили и говорили: «Жри свой браслетик»...

Но самые жесткие условия, говорят те, кто вышел, были у мужчин. В камерах содержится иногда в десять раз больше людей, чем положено. Можно только стоять. Дышать (а на улице стояла жара) просто невозможно. Чтобы как-то циркулировал воздух, ребята просили не закрывать «кормушку» — дверцу в двери камеры.

— Чтобы хоть как-то дышать и не терять сознания, ребята махали майками над головой. Самое страшное, когда надзиратель грозился закрыть «кормушку», если кто-то из задержанных возмущался или задавал какой-нибудь вопрос, — говорит Маша, ждущая вестей о своем парне под стенами ИВС. — Еще рассказывали, что мужчин очень избивают. Сюда и правда, особенно вчера, подъезжало много скорых.

Волонтеры и списки

В сложной ситуации, как уже было не раз, белорусы сами организовываются и решают вопросы, которые должна решать власть. Так было с помощью медикам во время пандемии, так вот и сейчас, под стенами ИВС, волонтеры составляют списки пропавших и передают их силовикам. Через некоторое время списки возвращаются с пометками напротив имен и фамилий — так родные могут узнать, есть ли их близкий в стенах Окрестина или нет.

За утро, пока мы дежурили у ИВС, списки зачитали дважды. Люди брали волонтера в плотное кольцо и, замерев, вслушивались в фамилии и имена. У всех были глаза на мокром месте, независимо от того, слышали фамилию родных или нет. Многие признавались, что уже успели съездить в Жодино, куда, говорят, тоже пачками отвозят задержанных. Но там, по словам людей, вообще ничего не сообщают, отвечая, что списков еще нет.

В списках, озвученных волонтером, сына Ольги не оказалось. Но она, признается, уверена, что ее сын именно на Окрестина. Узнала, говорит, об этом неожиданно.

— На мобильный телефон позвонила незнакомая женщина, возможно сотрудница. Говорила со мной очень деликатно, пыталась успокоить, сказала, что с сыном все в порядке, хотя он очень подавлен. Я спросила про условия, она ответила: «Поймите, тут не санаторий». Еще добавила, что в камере содержится больше людей, чем положено.

Сына Ольги задержали в день выборов, 9 августа. Живут они на Байкальской, рядом с 109-й школой. Парень вышел во двор в шесть часов вечера, чтобы встретиться с одноклассником. Ни документов, ни прав на машину, ни денег он с собой не взял, говорит мать.

— Сегодня обещали взять передачу, но так и не приняли. На сколько сына задержали, я тоже не знаю. Очень переживаю за то, в каком он там состоянии и все ли так на самом деле, как мне сказали по телефону.

Около 12 часов дня от изолятора на Окрестина отъехало несколько автозаков в сопровождении военных. Родные и близкие задержанных бросались к машинам, кричали «мы здесь» своим детям и «позор!» в адрес сопровождающих.

— Там девочки, там только девочки! — кричала женщина, рассматривая лица в проезжающем мимо автозаке.

Волонтеры создали телеграм-канал «Окрестина задержанные» (есть еще варианты «Окрестина списки», «Окрестина ТОЛЬКО списки»), где ежедневно публикуются информация о задержанных.
Читать полностью: https://news.tut.by/society/696375.html

Последние новости