haradok.info

Информационный портал

Социальные сети:

Новости Городка Экономика

14.06.2017 08:02

8215 просмотров

6 комментариев

Анна Норкус (Шарейко) о том, как поднимает фабрику после своего заключения, когда фабрика стала иметь много миллиардные долги

Сегодня, 13 июня, ровно год, как на Витебскую бройлерную фабрику после почти двух лет заключения вернулась гендиректор Анна Норкус (до замужества — Шарейко). 10 июня 2016 года руководителя освободили в зале Верховного суда, и она вернулась на работу. Дела на фабрике шли незавидно. Но за год гендиректор и ее команда добились успехов. В интервью TUT.BY Анна Норкус рассказала о любимой фабрике, муже и своем увлечении спортом.

— Анна Васильевна, в каком положении вы приняли фабрику год назад? И как вы оцениваете ситуацию на сегодняшний день, что изменилось?

— Ситуация была такая: птицу кормят c перебоями, сырья нет, долги... На столе лежат кипы листов с требованием уплатить. Я попросила у банков деньги на текущую деятельность. Банки мне поверили: за время моей работы у предприятия ни разу не было просрочки по платежам. Сидела и сутками решала кредитные вопросы с банками, а также просила всех, кому мы должны, отозвать свои бумаги. Дала честное слово, что верну деньги, и составила графики погашения долгов. И мы это выдержали, никого не подвели. Сейчас долги 2015 года полностью погашены. А это были миллионы! Наша репутация восстановилась.

Фото: Игорь Матвеев

Сегодня фабрика представляет собой огромный холдинг. В его составе кроме замкнутого цикла производства — собственный комбикормовый завод, который открылся в ноябре 2016 года. Этому заводу я посвятила 2 года до того, как меня забрали. Его строительство стоило много пота и крови. После возвращения мы сумели его запустить. Сейчас он кормит всю фабрику. И это совсем другая экономика: если раньше комбикорма покупали, то сейчас они у нас свои.

Еще до нашего с коллегами задержания (кроме гендиректора были арестованы три ее заместителя. — Прим. TUT.BY) была разработана программа развития предприятия до 2020 года с увеличением мощности на 50%. С возвращением на фабрику мы вернулись к этой программе, откорректировали ее и уверенно реализуем. При этом усиленно прорабатываем рынки сбыта — на Ближнем Востоке, в Китае, Казахстане, Украине. Пока же основной рынок сбыта — Беларусь и Украина.

Сегодня на рынке — переизбыток мяса птицы. И нужно разумно подходить к объемам продукции, чтобы не продавать потом ее за бесценок. Мы делаем ставку не на торговлю тушкой птицы, а на углубленную переработку продукции, так как она востребована и дает добавочную прибыль. Но самое главное, над чем мы работаем сейчас, — экономическая эффективность производства. От этого зависят и налоги, и выплата зарплаты, и развитие фабрики.

О конкуренции

— В СМИ появляется информация, что вам не удалось ликвидировать последствия своего ареста, что предприятие, которое до вашего задержания удерживало на отечественном рынке третью позицию, сейчас на пятом месте и что на фабрике упали объемы производства.

— В этой статье были данные за квартал. Но главное — это результаты работы за год. И важна, в первую очередь, финансовая эффективность. Если за 4 месяца 2016-го убыток по предприятию составлял 1,1 млн рублей, то за такой же период 2017-го — чистая прибыль в размере 4,8 млн рублей. Выручка увеличилась на 120,2%, а прибыль от реализации — в 20,9 раза. Рентабельность продаж с показателя 0,06% (за 4 месяца 2016-го) выросла до 11% за такой же период этого года.

Что касается производственных показателей, то они уже есть за 5 месяцев нынешнего года. Валовое производство птицы в живом весе к уровню прошлого года выросло на 7,1%, а валовое производство молока — на 5,2%. За 5 месяцев 2017 года по сравнению с таким же периодом 2016-го поставка продукции углубленной переработки мяса птицы на потребительский рынок выросла почти на 29%.

Фото предоставлено ОАО «Витебская бройлерная птицефабрика»

Сейчас мы вернулись к тем объемам производства, которые были 2 года назад. Но вообще это некорректно — сравнивать игроков на рынке только по этому показателю. В заметке, которая критикует нашу работу на сайте «Завтра твоей страны», идет речь о том, что «темпы роста производства к первому кварталу 2016 года составили 98%». Два месяца прошло — и мы уже приросли на 5%.

На мой взгляд, сегодня в стране в нашей отрасли есть 7 валообразующих предприятий: «Смолевичи-Бройлер», «Могилевская бройлерная птицефабрика», «Птицефабрика «Дружба», «Агрокомбинат «Дзержинский», «Скидельская птицефабрика», «Белоруснефть-Особино» и «Витебская бройлерная птицефабрика». Мы понимаем, что нельзя остаться в числе тех, у кого малые объемы производства: чем крупнее фабрика, тем более она конкурентоспособна. По данным за 5 месяцев, мы росли быстрее большинства коллег.

Продукция птицефабрик мигрирует по всей республике. И это нормальная, здоровая конкуренция. Считаю, что мы успешно конкурируем с «Агрокомбинатом «Дзержинский», «Серволюкс-Агро». Нужно дать работать всем предприятиям, места под солнцем нам хватит. А покупатель сам выберет, кто лучше.

Фото предоставлено ОАО «Витебская бройлерная птицефабрика»

О зарплате и фирменной торговле

— Сколько зарабатывают работники фабрики?

— Средняя зарплата на предприятии за 4 месяца этого года по сравнению с аналогичным периодом 2016-го увеличилась на 26,4% и составила 827,3 рубля. (В октябре 2016-го средняя зарплата в Витебском районе, на территории которого находится бройлерная фабрика, составляла 593,8 рубля. — Прим. TUT.BY).

При этом фабрика создала 64 новых рабочих места — в основном к нам пришли новые специалисты в сферах торговли, продаж, строительства. Когда 2 года ничего не строили, то пришлось сократить почти 300 строителей. В целом же на фабрике сейчас работает более 3,3 тысячи человек.

Хочу отметить: несмотря на то, что на рынок в последние 3 года пришли крупные сети, наша фирменная торговля устояла и работает с прибылью. И мы ее развиваем дальше. В день мы производим до 200 тонн мяса. Это 10 фур. При этом на фабрике нет затаренности продукцией. Остатки на складах — просто рабочие.

О колхозах, присоединенных к фабрике

— К фабрике присоединили много хозяйств в окрестностях. Сколько их и как вы с ними справляетесь?

— Сегодня мы имеем 25,5 тысячи га сельхозугодий. Это более 10 хозяйств в Витебском районе. И даже в это непростое для предприятия время мы вкладываем огромные деньги в сельское хозяйство. С 2009 по 2014 год инвестировали в присоединенные к фабрике сельхозпредприятия 37,7 млн долларов. В 2016 году — порядка 3,2 млн рублей. За 4 месяца 2017-го — уже 3 млн рублей.

Фото предоставлено ОАО «Витебская бройлерная птицефабрика»

Получается, что мы уже районообразующее предприятие: многие показатели в регионе зависят от нас. По данным за 2016 год, 91,3% животноводческой продукции в районе произвели мы.

В молочном скотоводстве мы вышли на прибыльную работу, рентабельность — 9,6%. У нас первое место в районе по производству молока. И первое место по продуктивности среди нероботизированных ферм.

А ведь хозяйства нам отдали с колоссальными долгами! Только «Экспериментальную базу имени Шмырева» и предприятие «Задубровье» в январе 2016 года присоединили с долгами в размере 15,6 млн рублей. Фабрика их планомерно погашает.

Вовлекаем дополнительные земли в севооборот. Ставим задачу создать хорошую кормовую базу для крупного рогатого скота и производства зерна для птицы.

О походах по магазинам

— Я с детства люблю мясо. Когда прихожу в магазин, мне неинтересны кондитерские изделия, еще что-то. Но в отделе, где мясо и колбасы, у меня кружится голова! Наша продукция вкусная, потому что я за нее отвечаю и строго спрашиваю, если, не дай Бог, что-то не так, — рассказывает Анна Норкус.

Фото предоставлено ОАО «Витебская бройлерная птицефабрика»

— Очень много времени после работы посвящаю походам по продовольственным магазинам — для того, чтобы увидеть, как там выглядит наша продукция. Неважно, сколько времени после работы, могу и в пол-одиннадцатого вечера заехать в торговую сеть. Покупаю нашу продукцию и — обязательно! — по 100 граммов продукции всех наших конкурентов: мясокомбинатов и птицефабрик. Смотрю, что происходит на рынке, кто что и как делает. И анализирую: над чем нужно работать нам.

Маркетинговыми исследованиями на фабрике занимается целый ряд специалистов. И мы каждый день работаем над тем, чтобы предприятие могло конкурировать, продавая по более низким ценам, но не в ущерб качеству.

Фото предоставлено ОАО «Витебская бройлерная птицефабрика»

О новых рынках сбыта

— Специалисты фабрики много ездят и смотрят, что происходит в отрасли птицеводства в мире. Допустим, в Объединенных Арабских Эмиратах востребована маленькая тушка — 1–1,2 кг, а у нас другой менталитет — нам нужна большая. Пришли к выводу, что эмиратский рынок можно осваивать. А Китай — это огромная ниша, туда можно поставлять и поставлять, рынок там просто сумасшедший! Надеюсь, что у нас завяжется эта работа.

В конце июня китайцы приедут к нам с инспектированием. Если мы получим сертификат, останется наработать контракты, проработать вопрос цен и логистику. Расстояние не пугает: полуфабрикаты быстрого приготовления замораживаются и успешно хранятся. Кроме того, можно рассматривать и доставку самолетом.

Сейчас мы разрабатываем новые специи и добавки, которые понравятся китайцам. Нужен один хороший специфический маринад с кисло-сладким вкусом. То есть в итоге должна получиться продукция, понятная жителям этой страны.

О команде

— Когда вас арестовали, люди плакали и не верили в вашу виновность. Когда вернулись, работники встретили вас караваем, цветами, шариками и праздничным плакатом. А сейчас видно, что народ воспрял духом. Как вам удалось выработать такой стиль управления? И как удалось за год добиться заметных сдвигов?

Работники фабрики встречают своего гендиректора. 13 июня 2016 года. Фото: Игорь Матвеев

— У нас слаженная команда, в которой каждый понимает, что нужно делать. Вспомнился случай. В 2006 году в Витебский район пришел ураган. Было пять часов дня, люди с фабрики только уехали домой. А я вижу, что ураган раскрыл крыши на каждом здании. Подняла на ноги всех, и за час здесь собралось полфабрики, и работали все службы области. За ночь мы накрыли все 30 птичников. Эта чрезвычайная ситуация показала, что это та команда, которая умеет мобилизоваться в экстренной ситуации.

После возвращения на фабрику была та же ситуация — времени на размышления не было.

Я работаю на фабрике 34 года. Мне известен здесь каждый винтик, каждый болтик и каждая гаечка — где и на что нажать. Рабочий день начинается с анализа информации в компьютере. Прихожу, а у меня уже есть все данные, вплоть до цифр взвешивания цыплят в каждом зале. А когда ты знаешь все тонкости, можно принять правильное управленческое решение.

— Основные трудности — позади. Но дух перевести, наверное, все равно не получается?

— Покой нам только снится. Разработана программа развития фабрики до 2020 года, о которой я уже говорила.

Программа предусматривает комплекс объектов. В частности, планируем построить новые площадки цеха по выращиванию племенной птицы и цеха родительского стада — чтобы обеспечить себя инкубационным яйцом.

Фото предоставлено ОАО «Витебская бройлерная птицефабрика»

Но самый важный для нас сейчас объект — новый убойный цех. У нас все время идет свежая охлажденная продукция, убоя птицы нет только два дня в месяц. Старый цех уже самортизирован, но его не закроем — сделаем реконструкцию под производство продуктов углубленной переработки. Ведем работу по реконструкции молочно-товарного комплекса в «Агрокомплексе имени Шмырева» — под содержание дойного стада до 1200 голов, а также по строительству двух зерносушильных комплексов с элеваторами по 20 тысяч тонн.

И работа по некоторым объектам уже идет: отводятся участки, делается предпроектная подготовка. Кроме того, мы возобновили модернизацию цеха утилизации боенских отходов. Запустим его к концу года.

О жизни в СИЗО

— Анна Васильевна, трудно забыть заключение?

— Я не зацикливаюсь на том, что произошло. Мы (с мужем — литовским бизнесменом Вальдемарасом Норкусом и коллегами, которые также были арестованы по обвинению в коррупционном сговоре, а затем выпущены на свободу. — Прим. TUT.BY) перелистнули эту страницу. Мне некоторые говорят, что я ненормальная: и в СИЗО думала про фабрику.

Анна Шарейко и Вальдемарас Норкус на суде, июнь 2016 года. Фото: Дмитрий Брушко, TUT.BY

Как здесь (показывает на свой кабинет) я составляла график работы, точно так же составляла график работы там. Можете представить, закрытое помещение в СИЗО, где даже нет окошка. 12 кв. м на 6 человек, то есть по 2 кв. м на человека. И ты там находишься 23 часа в сутки, кроме часа, когда выводят на прогулку. Но у тебя расписана каждая минута. Мне шли письма и газеты, в том числе региональные. По телевизору смотрела новости. Занималась спортом.

Там у меня был ежедневник. Я сохранила эти записи. Считаю, что благодаря четкому планированию можно успеть очень много. У меня дома лежат несколько блокнотов: один — в прихожей, второй — в спальне, третий — на кухне. Придет какая-то идея, и я тут же ее записываю, потому что мысль может уйти — допустим, отвлек телефонный звонок. А потом все эти пометки систематизирую.

О спорте и идеальном отдыхе

— И все-таки нужно немного отпускать себя...

— Нет, я — человек-системник, мне нужна жесткая дисциплина, как в армии! Я не понимаю другой жизни. И мне это нравится.

Недавно была в санатории. И там у меня был такой рабочий день: в 6.30 — подъем, час занятий в спортивном зале, полчаса аквааэробики. Через день — кросс 5 километров и тренажерный зал. И так — все 20 дней.

Несколько раз пыталась смоделировать себе такую жизнь: я освободилась от всех забот, я свободная... И поняла, что это ужас! Мне нужно все время что-то делать. Такая установка даже на даче. Готовлю, чем-то занимаюсь. А чтобы села и просто посидела без дела — я себя такой не помню. Не знаю, что такое диван. Хотя, конечно, за чашкой кофе посидеть можно, немного подумать. Это я люблю (улыбается).

О муже и жизни на две страны

Анна Норкус говорит, что после свадьбы, которая прошла в августе 2016 года, они с мужем Вальдемарасом живут на две страны. Но это не портит отношения — ведь они проверены годами.

Свадьба Вальдемараса и Анны Норкусов, 14 августа 2016 года. Фото: lietuvosdiena.lrytas.lt

— А муж такой же «системник», как вы?

— Он, может, не такой «системник», потому что находится не на государственной работе, но очень конкретный человек — такой же, как я. А еще очень надежный, очень ответственный. Если дал слово, то это слово офицера. Если позвонил и сказал: «Я буду без пяти ...», а звонит за 300 километров, значит, он будет без пяти. Не бывает такого, чтобы я не знала, где он.

Мы похожи в этом плане — два ответственных человека. Поэтому... Все хорошо! Главное, что есть понимание. Супруг ни разу не упрекнул меня. И если даже мы не виделись неделю и он приезжает из Литвы, я могу позже задержаться на работе. И он ждет меня дома. Иногда скажет: «Совесть надо иметь, ты ведь теперь замужем». Но шутя. Главное, вежливо объяснить: «Ну, так надо...».

Муж понимает, что фабрика для меня — это все, это моя жизнь. Когда меня выпустили [из СИЗО] и спросили: вернусь ли я на фабрику, ответила: «Если мне верят, вернусь».

Татьяна Матвеева / TUT.BY

https://news.tut.by

1 оценка 5.0

Последние новости

Комментарии посетителей

Имя: не обязательно
E-mail: не обязательно
Комментарий: